Не только Россия: западные страны всерьёз взялись за VPN

VPN оказался в перекрёстье прицела не только у российских регуляторов. Пока Россия методично выстраивает механизмы блокировки анонимизирующих сервисов, другие страны — США, Великобритания и Франция — движутся схожим курсом, хотя и под иными предлогами.

Юта первой в США возложила ответственность на сайты за пользователей с VPN

6 мая 2026 года в штате Юта вступает в силу Senate Bill 73 — закон с официальным названием Online Age Verification Amendments, подписанный губернатором Спенсером Коксом (Spencer Cox) 19 марта 2026 года. Документ делает Юту первым штатом, где веб-сайты несут прямую юридическую ответственность за пользователей, скрывающих своё местоположение с помощью VPN.

Логика закона проста и при этом радикальна: если пользователь физически находится в Юте, он считается резидентом штата — вне зависимости от того, через какой сервер выходит в сеть. Закон обязывает сайты с материалами, вредными для несовершеннолетних, проводить верификацию возраста. При этом сайтам прямо запрещено помогать пользователям обходить эти проверки — в том числе давать какие-либо инструкции по использованию VPN или прокси-серверов.

Практические последствия для платформ могут быть весьма ощутимыми: либо массовая блокировка всех известных IP-адресов VPN-провайдеров, либо введение обязательной проверки возраста вообще для всех посетителей — без разбора географии.

Великобритания хочет закрыть VPN для несовершеннолетних

Британский парламент идёт параллельным путём. 21 января 2026 года Палата лордов 207 голосами против 159 одобрила поправку к Children’s Wellbeing and Schools Bill, которая предусматривает запрет предоставления VPN-услуг лицам младше 18 лет. Поправка обязывает провайдеров внедрить системы возрастной верификации. Теперь документ должен пройти через Палату общин.

Контекст этой инициативы красноречив. В июле 2025 года, когда в Великобритании заработал Online Safety Act с обязательной проверкой возраста на сайтах для взрослых, использование VPN за один день выросло более чем на 1 400% — такие данные приводил Proton VPN, фиксировавший резкий рост регистраций буквально в первые минуты после вступления закона в силу. Ответ аудитории оказался настолько очевидным, что законодатели решили взяться и за сам инструмент обхода.

Франция: VPN — следующий пункт в списке

Французские власти пока не перешли к конкретным законодательным шагам, однако политическое намерение уже обозначено. В январе 2026 года министр-делегат по вопросам искусственного интеллекта и цифровых технологий Анн Ле Энанф (Anne Le Hénanff) в интервью Franceinfo заявила, что после введения ограничений на использование социальных сетей для лиц младше 15 лет VPN стал «следующим пунктом в её списке». Правительство Франции после волны критики уточнило, что речи о полном запрете VPN не идёт, — однако сама тема была поднята на уровне профильного министра.

Общая логика при разных обоснованиях

Россия блокирует VPN ради контроля над информационным пространством. Цивилизованный запад апеллируют к защите детей от вредного контента. Инструментарий и правовые обоснования различаются, но направление движения совпадает: государства последовательно ужесточают контроль над технологиями, позволяющими скрыть местонахождение пользователя в сети.

Юта уже установила прецедент: ответственность за VPN-пользователей теперь лежит на самих платформах. Насколько широко этот подход распространится — покажет реакция других штатов США и европейских законодателей на первые правоприменительные кейсы.

Мнение ИИ

Технический анализ ситуации выявляет любопытный парадокс: государства, использующие разные риторические обоснования — защита детей на Западе и информационный суверенитет в России, — приходят к структурно схожей модели. Суть этой модели — перенос ответственности с пользователя на платформу. Закон Юты делает именно это: сайт отвечает за действия анонимного посетителя. Российская практика движется туда же — платформы обязаны фильтровать VPN-трафик под угрозой потери аккредитации. Это не совпадение, а устойчивый регуляторный паттерн: когда прямой запрет технологии невозможен, государство «приватизирует» функцию контроля, делегируя её коммерческим посредникам.

Критически важный аспект, который остаётся за кадром, — экономическая асимметрия такого регулирования. Крупные платформы способны позволить себе системы верификации и блокировки IP-пулов VPN. Небольшие независимые сайты — нет. Борьба с VPN де-факто становится инструментом консолидации рынка: выживают только те, кто может себе позволить соблюдение требований. Возникает вопрос: кому на самом деле выгодна «защита детей», если её побочный эффект — устранение конкурентов крупного бизнеса?

Источник